Южная Африка и Австралия нарастили доходы от угля на фоне войны с Ираном

Угольные компании Южной Африки и Австралии увеличили доходы после начала войны США и Израиля против Ирана, которая нарушила поставки нефти и сжиженного природного газа через Ормузский пролив. Рост спроса на уголь поддержал цены и финансовые результаты крупнейших производителей, однако не отменил долгосрочный переход энергетики к возобновляемым источникам.

28 февраля: конфликт ударил по энергетическим поставкам

После начала ударов по Ирану 28 февраля Тегеран закрыл Ормузский пролив — ключевой маршрут между Персидским заливом и Оманским заливом. По оценке Управления энергетической информации США, в 2022 году через пролив проходило в среднем 21 млн баррелей нефти в сутки, или около 21% мирового потребления жидких нефтепродуктов. На азиатские рынки направлялось 82% нефти и конденсата, перевозимых этим маршрутом.

Через Ормузский пролив также проходила примерно пятая часть мировой торговли сжиженным природным газом. Ограничение судоходства повысило стоимость нефти и газа и заставило ряд стран Азии искать замену дефицитному топливу. Электростанции стали чаще использовать уголь, который в условиях скачка цен на газ оставался более доступным и предсказуемым ресурсом.

Март: сбои в поставках газа усилили спрос на уголь

В марте Катар объявил форс-мажор по части контрактов на поставку сжиженного природного газа после удара иранских беспилотников по энергетической инфраструктуре в Рас-Лаффане. По данным властей Катара, атаки вывели из строя мощности, связанные с 17% экспорта сжиженного газа страны.

Удары по энергетическим объектам также затронули Объединённые Арабские Эмираты, Саудовскую Аравию и Оман. Для стран Восточной и Юго-Восточной Азии это означало рост рисков перебоев с поставками энергоносителей. Япония смягчила ограничения для старых угольных электростанций, Южная Корея отложила закрытие отдельных станций, а Бангладеш, Таиланд, Филиппины и Вьетнам увеличили выработку электроэнергии на угле.

В Пакистане, по данным национального регулятора электроэнергетики, к июлю производство электроэнергии из импортного угля выросло на 90% по сравнению с аналогичным периодом 2025 года.

Июнь: рынок закрепил рост цен

30 июня южноафриканская компания Thungela Resources сообщила, что более высокие цены на энергетический уголь и улучшение работы железных дорог поддержали торговые показатели первого полугодия. Ожидаемая добыча на австралийской шахте Ensham в Квинсленде выросла до 2 млн тонн против 1,6 млн тонн годом ранее.

В первые пять месяцев 2026 года средняя цена угля эталона Ричардс-Бей составила 104,25 доллара за тонну против 89,53 доллара в 2025 финансовом году. Цена австралийского эталона Newcastle достигла 124,79 доллара за тонну против 105,37 доллара годом ранее.

Thungela связывала укрепление рынка с ростом цен на нефть и газ, опасениями за безопасность энергоснабжения и дополнительными закупками со стороны Индии. При этом более дорогая логистика, сильный южноафриканский ранд и спрос на более дешёвый уголь ограничивали потенциал дальнейшего роста.

17 августа: прибыль Thungela выросла в 5,6 раза

17 августа Thungela опубликовала результаты за шесть месяцев, завершившихся 30 июня 2026 года. Прибыль компании за отчётный период составила 1,391 млрд южноафриканских рандов против 248 млн рандов годом ранее. Рост достиг 461%, а не просто удвоения.

Выручка увеличилась на 2%, до 15,172 млрд рандов. Скорректированная EBITDA выросла на 91%, до 1,318 млрд рандов, а скорректированный операционный свободный денежный поток — почти в четыре раза, до 1,894 млрд рандов. Компания объявила промежуточные дивиденды в размере 5,50 ранда на акцию, или 773 млн рандов в общей сложности.

Групповая экспортная товарная добыча достигла 8,477 млн тонн, увеличившись на 6% за год. В Южной Африке производство составило 6,3 млн тонн. На шахте Ensham в Австралии показатель вырос до 2,2 млн тонн против 1,6 млн тонн в первой половине 2025 года.

Thungela указала, что эталонные цены на уголь в Южной Африке и Австралии в первом полугодии были соответственно на 15% и 25% выше прошлогодних. Компания сохранила прогноз добычи на 2026 год: 13–13,6 млн тонн для южноафриканских активов и 3,9–4,2 млн тонн для Ensham.

Почему выиграли производители из Южной Африки и Австралии

Главное преимущество этих компаний — доступ к экспортной инфраструктуре и азиатским рынкам. Южноафриканский уголь поступает через терминал Ричардс-Бей, а австралийский — через порты Квинсленда и Нового Южного Уэльса. Когда поставки газа из Персидского залива стали менее надёжными, энергетические компании начали формировать дополнительные запасы угля.

Индонезия, крупнейший экспортёр энергетического угля, в марте отказалась от планов по сокращению добычи, чтобы воспользоваться ростом цен. В июле стоимость индонезийского угля достигла 131,85 доллара за тонну против 102,20 доллара годом ранее.

Однако рост доходов производителей не означает устойчивого возвращения мировой энергетики к углю. Международное энергетическое агентство сообщило, что глобальный спрос на уголь в 2025 году вырос лишь на 0,4%, а темпы роста последовательно замедлялись с 2021 года. В Китае выработка электроэнергии на угле в 2025 году снизилась примерно на 1,5%, поскольку спрос покрывали солнечная, ветровая, гидро- и атомная энергетика.

По оценке аналитиков Ember, в наиболее неблагоприятном сценарии мировая выработка электроэнергии на угле в 2026 году может вырасти на 1,8%. Это краткосрочная реакция на энергетический кризис, а не отказ от климатических целей. Страны Азии одновременно наращивают закупки угля, развивают атомную энергетику и ускоряют проекты солнечной генерации.

Таким образом, война с Ираном временно повысила роль угля как резервного источника энергии и принесла дополнительную прибыль экспортёрам из Южной Африки и Австралии. Но зависимость от дорогих и уязвимых поставок ископаемого топлива одновременно усилила стимулы для инвестиций в возобновляемую энергетику и электрификацию.