США и Иран согласовали схему перемирия в Ливане

США и Иран через ливанских посредников согласовали механизм, который должен был открыть путь к прекращению огня на юге Ливана и снизить риск большой региональной войны. Речь шла не о прямом двустороннем соглашении Вашингтона и Тегерана, а о политической увязке их позиций вокруг американского плана перемирия между Израилем и «Хезболлой», который в ноябре 2024 года обсуждали в Бейруте и Иерусалиме.

Ключевым посредником со стороны США выступал спецпосланник Амос Хокстин. Переговоры в Бейруте он вел с председателем парламента Ливана Набихом Берри, которого «Хезболла» уполномочила представлять ее позицию по условиям прекращения огня. Иран в этот период публично дал понять, что поддержит решение, которое примут ливанские власти, если оно будет опираться на резолюцию Совета Безопасности ООН 1701 и приведет к остановке боевых действий.

Сама схема урегулирования строилась вокруг усиленного исполнения резолюции 1701, принятой после войны 2006 года. Она требует прекращения боевых действий, отвода незаконных вооруженных формирований и создания зоны между «голубой линией» и рекой Литани, где не должно быть вооруженных сил и оружия, кроме армии Ливана и контингента ООН UNIFIL. Именно эта конструкция легла в основу обсуждавшегося механизма контроля и мониторинга.

По данным международных СМИ, к середине ноября 2024 года Ливан и «Хезболла» в целом согласились с американским проектом, но с замечаниями по техническим деталям. Главным спорным вопросом было право Израиля наносить удары в ответ на возможные нарушения. Бейрут отвергал формулу, которая давала бы Израилю слишком широкую свободу действий после вступления перемирия в силу, тогда как израильская сторона настаивала на возможности оперативно реагировать на угрозы и пресекать поставки оружия.

Параллельно Иран старался показать, что не блокирует дипломатический процесс. В Бейруте советник верховного лидера Ирана Али Лариджани заявил, что Тегеран «не ищет способа что-либо сорвать» и поддерживает решение ливанского правительства. Для США это было важным сигналом: без молчаливого согласия Ирана добиться устойчивого прекращения огня с участием «Хезболлы» было бы крайне сложно.

Боевые действия к этому моменту уже нанесли Ливану масштабный ущерб. Израиль резко усилил кампанию в сентябре 2024 года, нанося массированные авиаудары по югу страны, долине Бекаа и южным пригородам Бейрута, а затем начал наземную операцию. Израиль объяснял действия необходимостью вернуть домой десятки тысяч жителей севера страны, эвакуированных из-за обстрелов со стороны «Хезболлы». В Ливане война привела к разрушениям в южных районах и, по международным оценкам того периода, более чем миллиону перемещенных лиц.

Продвижение к сделке ускорилось после того, как руководство «Хезболлы» ослабло из-за серии израильских ударов, а Бейрут начал настаивать на срочном прекращении огня, чтобы не допустить дальнейшего разрушения инфраструктуры и коллапса экономики. Дополнительную роль сыграла Франция, которая параллельно с США работала с ливанской и израильской сторонами над техническими параметрами контроля, поэтапного отвода сил и роли международных наблюдателей.

Что включал механизм

Обсуждавшийся механизм предусматривал прекращение взаимных атак, поэтапный отход сил, усиление присутствия ливанской армии на юге и координацию с миссией UNIFIL. Контроль за выполнением договоренностей должен был опираться на международный механизм наблюдения при активной роли США. Для Ливана принципиально важно было закрепить, что суверенные функции на юге страны возвращаются государственным институтам, а не внешним игрокам или вооруженным движениям.

Для Израиля ключевыми оставались три условия: оттеснение сил «Хезболлы» от границы, пресечение каналов поставок вооружений через Сирию и создание рабочей системы фиксации нарушений. Израильское руководство также добивалось политических гарантий, что договоренность не позволит «Хезболле» быстро восстановить военный потенциал у границы.

Почему дипломатия сработала именно тогда

К концу ноября 2024 года переговоры вышли на финишную прямую. Американская сторона заявляла, что возможность завершить войну «в пределах досягаемости». На позиции участников повлияли сразу несколько факторов: усталость от затяжного конфликта, риск прямого столкновения Ирана и Израиля, давление на администрацию США с требованием не допустить новой региональной эскалации, а также растущая цена войны для самого Ливана.

В более широком контексте эта история показала, что даже при жестком противостоянии США и Иран способны поддерживать ограниченные каналы согласования там, где обе стороны хотят избежать неконтролируемого расширения войны. Вашингтон стремился стабилизировать северную границу Израиля и не допустить нового фронта на Ближнем Востоке. Тегеран, в свою очередь, был заинтересован сохранить влияние в Ливане, но без сценария, при котором «Хезболла» потеряет слишком много ресурсов в открытой войне.

Коротко о главном

Согласование механизма прекращения огня стало результатом не примирения США и Ирана, а совпадения их тактических интересов: обе стороны пытались остановить опасную эскалацию вокруг Ливана и не допустить втягивания всего региона в большую войну. Устойчивость таких договоренностей всегда зависит от двух условий — реального контроля на земле и готовности Израиля, Ливана и «Хезболлы» соблюдать ограничения. Если международный механизм мониторинга и усиление ливанской армии будут работать, перемирие может удержаться; если же стороны вновь вернутся к логике превентивных ударов и ответных атак, кризис быстро перейдет в новую фазу.