В Гане резко обострился спор о границах свободы слова после серии арестов блогеров, тиктокеров, журналистов и политических активистов по делам о «ложных новостях» и «оскорбительной речи». По данным фонда Media Foundation for West Africa, за 16 месяцев при администрации президента Джона Драмани Махамы в стране зафиксировали 14 таких арестов. Для сравнения: за все восемь лет правления предыдущей администрации Наны Акуфо-Аддо было зарегистрировано восемь подобных случаев.
Дискуссия особенно остра из-за политического контекста. Еще 11 февраля 2022 года, находясь в оппозиции, Джон Драмани Махама в открытом письме предупреждал о «криминализации речи и журналистики» в Гане и называл использование государственной силы против инакомыслия опасным прецедентом для демократии. Теперь оппоненты обвиняют уже его власть в том, что она прибегает к тем же методам.
Основной юридический инструмент в этих делах — статья 76 Закона об электронных коммуникациях 2008 года и статья 208 Уголовного кодекса Ганы. Статья 76 предусматривает ответственность за заведомо ложные или вводящие в заблуждение сообщения, если они могут поставить под угрозу безопасность людей, транспорта или работу жизненно важных служб. Критики власти утверждают, что эти нормы все чаще применяют расширительно и используют не только против реально опасной дезинформации, но и против резких, спорных или политически неудобных высказываний.
Материал Al Jazeera описывает ситуацию в Аккре как один из самых чувствительных тестов для ганской демократии, которую долго считали одной из наиболее устойчивых в Западной Африке. В центре спора — вопрос, идет ли речь о законном преследовании за угрозы и дезинформацию в цифровую эпоху или о постепенном ужесточении контроля над публичной речью.
Кого и за что задерживают
Среди упомянутых в дискуссии случаев — арест тиктокера Принса Офори, известного как Fante Comedy. Его задержали в августе 2025 года по делу об угрозах в адрес президента. После задержания он появился на политическом митинге рядом с представителями оппозиции, и сторонники власти использовали это как аргумент, что подобные дела быстро политизируются.
Еще один показательный эпизод — задержание 45-летнего автора контента Айзека Боафо, известного как Duabo King. По данным фонда Media Foundation for West Africa, 1 марта 2026 года сотрудники полицейской разведки в Кумаси, административном центре региона Ашанти, задержали его после вирусного ролика в TikTok. В этом видео он утверждал, что четверо полицейских из Central Command Police Station вступали в сексуальные контакты с секс-работницами во время ночного патрулирования в районе Асафо. Позднее, по версии полиции, Боафо признал, что эти обвинения не были подтверждены, и сказал, что распространил их ради просмотров и вовлеченности аудитории.
Фонд Media Foundation for West Africa также сообщал о задержании блогера Самуэла Амадотора в ноябре 2025 года по обвинению в публикации ложных сведений о бывшем председателе совета Национального управления связи, а также о задержании Уэнделла Наны Яу Йебоа после заявлений о возможной причастности трех региональных министров — Ашанти, Восточного и Западного регионов — к незаконной добыче золота, известной в стране как galamsey.
Оппозиция считает, что государство стало слишком широко трактовать понятие угрозы. Лидер парламентского меньшинства Александр Афеньо-Маркин публично заявил, что аресты граждан за слова, которые не образуют реальной угрозы, выглядят не как правосудие, а как запугивание. Он предупреждает, что чрезмерное использование силовых полномочий может подорвать демократические достижения, которые Гана выстраивала годами.
Что отвечает власть
Представители правящей партии Национальный демократический конгресс отвергают обвинения в кампании против критиков. Их позиция сводится к тому, что сами законы не новые, а всплеск дел связан с ростом анонимного, безответственного и потенциально опасного контента в социальных сетях. Сторонники власти подчеркивают: государство не создает новую систему репрессий, а лишь применяет нормы, которые действуют уже десятилетиями.
При этом часть юристов и правозащитников говорит не столько о самом существовании закона, сколько о практике его применения. По оценке юриста, которого цитирует Al Jazeera, за последние 18 месяцев он насчитал не менее 16 предполагаемых случаев ошибочного или спорного применения статьи 208, тогда как за предыдущие восемь лет таких случаев было примерно 12. На этом фоне усиливаются призывы либо резко сузить сферу применения этих норм, либо вовсе пересмотреть их.
Ветеран ганской журналистики Бен Эфсон считает, что стране не хватает четких публичных ориентиров, где заканчивается свобода выражения мнения и начинается причинение реального вреда. По его мнению, власти должны яснее объяснять основания арестов, чтобы общество различало свободу прессы, ответственную журналистику и действительно наказуемые действия. Одновременно, подчеркивает он, и медиа не должны нарушать права граждан под предлогом общественного интереса.
Тревога звучит и за пределами страны. Представители ганской диаспоры сообщают о растущем беспокойстве из-за новостей об арестах блогеров и предполагаемом сужении пространства для политической и медийной свободы. Для государства это чувствительно не только с репутационной, но и с экономической точки зрения: образ стабильной демократии остается важным активом Ганы в регионе.
Коротко о главном
Серия арестов по делам о «ложных новостях» превратилась в политический и правовой тест для администрации Джона Драмани Махамы. Причина кризиса — столкновение старых уголовных норм с новой цифровой средой, где власть требует ответственности за опасный контент, а критики видят риск выборочного преследования. Если правительство не предложит прозрачные критерии применения закона и не ограничит вмешательство государства случаями реальной угрозы, спор о свободе слова будет только усиливаться и может заметно ударить по репутации Ганы как одной из самых открытых демократий Западной Африки.
