«Әділ сөз» потребовал прекратить дело против Александры Алёховой

Фонд защиты свободы слова «Әділ сөз» заявил о тревоге из-за уголовного преследования журналистки Александры Алёховой и призвал проверить законность досудебного расследования. Речь идет о деле, которое в Алматы ведут по заявлению Елены Садвакасовой в связи с публикациями о конфликте вокруг рынка «Кенжехан».

По данным фонда и открытых публикаций казахстанских СМИ, расследование началось еще 12 декабря 2023 года в управлении полиции Алатауского района Алматы. В деле фигурируют три журналиста: Александра Алёхова из Алматы, Ирина Московка из Караганды и Олег Гусев из Темиртау. Следствие считает, что в их материалах были незаконно распространены сведения о частной жизни и персональные данные заявительницы, в том числе информация о ее погашенных судимостях.

30 марта 2026 года Александру Алёхову вызвали в полицию Алматы, где с ней провели следственные действия и очную ставку. По словам адвоката Наримана Кервенова, журналистке вменяют часть 5 статьи 147 Уголовного кодекса Казахстана. Эта норма касается публичного распространения персональных данных и предусматривает наказание от трех до семи лет лишения свободы. К вечеру того же дня Алёхову отпустили.

Что стало поводом для дела

Поводом для претензий стали публикации о ситуации на алматинском рынке «Кенжехан», где арендаторы спорили с администрацией и новыми владельцами из-за условий работы и арендной платы. В одном из материалов, как утверждает следствие, были обнародованы сведения о прошлых судимостях Елены Садвакасовой и информация о ее возможной постановке на полицейский учет. Защита настаивает, что журналисты использовали данные из открытых источников и действовали в общественно значимом контексте.

Фонд «Әділ сөз» ранее указывал, что дело тянется уже длительное время и первоначально расследовалось по части 4 статьи 147 УК. При этом журналисты, по информации фонда, долгое время проходили по делу в статусе свидетелей с правом на защиту, а затем процессуальный статус части фигурантов ужесточился.

Отдельный резонанс делу придал процесс над журналистом Олегом Гусевым. В конце декабря 2025 года суд в Алматы признал его виновным по части 5 статьи 147 УК, назначил 4 года 6 месяцев лишения свободы, но сократил срок на одну треть и определил итоговое наказание в виде трех лет условно с запретом заниматься журналистской деятельностью на три года. В марте 2026 года апелляционная инстанция оставила этот приговор без изменений. По сообщениям СМИ и правозащитников, одним из эпизодов обвинения стала гиперссылка на материал Александры Алёховой.

Почему реакция «Әділ сөз» важна

Фонд считает, что преследование журналистов по статье о персональных данных создает опасный прецедент для всей медиасферы Казахстана. Правозащитники обращают внимание, что публикации касались общественно значимого конфликта, а границы между защитой частной жизни и правом общества на информацию в таких случаях должны оцениваться особенно тщательно.

На фоне дела Алёховой в Казахстане продолжаются споры о допустимых пределах журналистских расследований, использовании судебных документов и открытых баз данных. Медиаорганизации и профильные юристы предупреждают, что расширительное толкование статьи 147 может усилить самоцензуру в редакциях, особенно при освещении конфликтов, связанных с бизнесом, рынками, местными элитами и действиями правоохранительных органов.

«Дело против журналиста — это тревожный сигнал для казахстанской журналистики», — такую оценку этому процессу ранее давали представители медиа- и правозащитного сообщества.

Сейчас ключевой вопрос заключается в том, станет ли дело Александры Алёховой продолжением уже сформированного обвинительного подхода или власти пересмотрят практику применения уголовной статьи к журналистским публикациям. Для самой журналистки риск остается высоким, поскольку инкриминируемая норма относится к тяжким составам и предполагает реальный срок лишения свободы.

Коротко о главном

История с Александрой Алёховой показывает, что конфликт между правом на частную жизнь и правом общества знать в Казахстане все чаще решается в пользу уголовного преследования журналистов. Причина в жестком применении статьи о персональных данных к материалам, основанным на общественно значимой информации. Если этот подход сохранится, давление на независимые редакции усилится, а журналисты будут чаще отказываться от расследований по чувствительным темам.