Семейный спор вокруг наследства LG раскрыл тайные доли и скрытые записи

В семье, контролирующей южнокорейскую группу LG, разгорелся затяжной конфликт из-за наследства покойного председателя Ку Бон Му, который умер в 2018 году. Поводом стали претензии его вдовы Ким Ён Сик и двух дочерей — Ку Ён Гён и Ку Ён Су — к нынешнему главе холдинга Ку Кван Мо, приемному сыну бизнесмена и наследнику управленческого контроля над группой.

Как сообщал The Hankyoreh, 12 февраля 2026 года Сеульский западный окружной суд отклонил иск матери и сестер Ку Кван Мо о восстановлении наследственных прав. Суд признал действительным соглашение о разделе наследства и не нашел достаточных оснований считать, что истцов ввели в заблуждение при его подписании.

Речь идет о распределении пакета акций холдинга LG Corp. и другого имущества, оставшегося после смерти Ку Бон Му. По данным корейских деловых СМИ, Ку Кван Мо получил 8,76% акций LG Corp., что обеспечило ему контроль над группой. Вдова и дочери получили часть акций, а также финансовые активы, недвижимость и произведения искусства примерно на 500 млрд вон. Позднее они заявили, что согласились на такое распределение, полагая, будто существует записка или указание покойного, подтверждающее передачу контроля по семейному принципу старшего сына.

Издание E Today писало, что суд опирался в том числе на показания сотрудников финансового подразделения семьи и материалы внутренних отчетов. По версии суда, Ким Ён Сик и Ку Ён Гён неоднократно получали разъяснения о составе наследства и механизме его раздела, а первоначальный проект соглашения впоследствии даже менялся по просьбе матери, чтобы часть акций перешла дочерям.

Конфликт стал одним из самых громких наследственных споров среди южнокорейских чеболей — семейных конгломератов, которые десятилетиями играют ключевую роль в экономике страны. LG долго считалась группой с относительно предсказуемой и спокойной системой передачи власти, однако судебное разбирательство показало, что даже внутри этой семьи возникли серьезные разногласия по поводу прозрачности наследования, структуры владения и реальной воли покойного главы семьи.

Дополнительный резонанс делу придали утверждения о скрытых долях, закрытых семейных обсуждениях и записях разговоров, которые, по данным The New York Times, стали частью более широкой истории о расколе внутри династии LG. На этом фоне спор вышел далеко за рамки частного семейного конфликта и затронул чувствительную для Южной Кореи тему устройства власти в крупнейших корпорациях.

Хотя решение первой инстанции оказалось в пользу Ку Кван Мо, история не завершена окончательно. Представители истцов после оглашения решения допускали возможность дальнейшего обжалования. Корейские деловые издания отмечали, что в случае пересмотра дела вопрос о фактическом контроле над долями семьи мог бы вновь стать предметом спора, хотя на данный момент позиции главы LG заметно укрепились.

Коротко о главном

Причина конфликта — столкновение традиционной модели наследования в чеболях, где контроль передают одному преемнику, и растущего запроса на прозрачность владения и равное распределение активов. Даже после победы Ку Кван Мо в первой инстанции тема вряд ли исчезнет: если апелляция будет подана, дело продолжит давить на репутацию LG, а если нет — спор все равно останется важным сигналом для всего южнокорейского крупного бизнеса, где семейное управление все чаще сталкивается с общественным и юридическим пересмотром старых правил.