Трамп и Рубио вновь пригрозили Кубе военной акцией

США резко усилили давление на Кубу. 22 мая 2026 года президент США Дональд Трамп и госсекретарь Марко Рубио публично допустили военный сценарий против острова, заявив, что Гавана якобы представляет угрозу национальной безопасности Соединённых Штатов из-за связей с Россией и Китаем.

По данным Al Jazeera и Associated Press, Марко Рубио заявил журналистам, что дипломатическое урегулирование остаётся предпочтительным вариантом для Вашингтона, но шансы на него невысоки. Он также утверждал, что кубинское руководство больше не сможет «тянуть время» и что администрация США настроена действовать жёстко. Дональд Трамп, в свою очередь, сказал, что именно он может стать тем президентом, который «сделает это», имея в виду возможное вмешательство против Кубы.

Новый виток конфликта произошёл сразу после серии шагов Вашингтона против Гаваны. За последние дни США предъявили обвинения бывшему председателю Государственного совета и Совета министров Кубы Раулю Кастро по делу о сбитом в 1996 году самолёте. Кроме того, были введены дополнительные санкции против кубинских чиновников, а в Карибский регион прибыли американские военные корабли, включая авианосную группу USS Nimitz, для морских учений с партнёрами в Латинской Америке.

Отдельным элементом давления остаётся экономический курс администрации Трампа. В публикациях западных агентств говорится, что США ужесточили ограничения против кубинского государства и добиваются обхода конгломерата GAESA, который контролируется кубинскими военными и занимает ключевые позиции в экономике страны. Рубио напомнил, что ранее обсуждался пакет помощи на 100 миллионов долларов в обмен на реформы, однако Вашингтон счёл условия Гаваны неприемлемыми.

Ответ Гаваны и реакция союзников

Министр иностранных дел Кубы Бруно Родригес резко отверг заявления Вашингтона. Он обвинил Марко Рубио во лжи и попытке спровоцировать военную агрессию, которая может привести к гибели как кубинцев, так и американцев. Кубинские власти настаивают, что обвинения в адрес острова носят политический характер и используются как предлог для дальнейшей эскалации.

Китай также выступил в поддержку Кубы. Официальный представитель МИД КНР Го Цзякунь 21 мая заявил, что Пекин твёрдо поддерживает Кубу в защите суверенитета и национального достоинства и призывает США прекратить давление, санкции, судебные преследования и угрозы силой. Китайская сторона подчеркнула, что выступает против односторонних ограничений, не имеющих опоры в международном праве.

Россия тоже раскритиковала повышение ставок. Как передавали международные агентства со ссылкой на Кремль, пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков заявил, что методы, граничащие с насилием, не должны применяться ни против бывших, ни против действующих глав государств.

Почему напряжённость выросла именно сейчас

Обострение укладывается в более широкую линию администрации Дональда Трампа на жёсткое давление на левые правительства в Латинской Америке. В американских и международных публикациях действия Вашингтона напрямую связывают с попыткой добиться смены власти в Гаване. Дополнительное значение имеет кубинское происхождение Марко Рубио и его многолетняя жёсткая позиция по отношению к властям острова.

Для США нынешняя кампания важна сразу по нескольким причинам: внутренней политике, демонстрации силы в западном полушарии и противостоянию с Китаем и Россией. Для Кубы же ситуация опасна тем, что внешнее давление накладывается на тяжёлый экономический кризис, дефицит топлива и ограниченный доступ к внешнему финансированию.

«США должны прекратить бряцать санкциями, судебными процедурами и угрозой силы в отношении Кубы», — заявил представитель МИД Китая Го Цзякунь.

Коротко о главном

Вашингтон перевёл конфликт с Гаваной в фазу открытых угроз, сочетая санкции, уголовное преследование бывшего кубинского лидера и военное присутствие в Карибском бассейне. Главная причина эскалации — стремление США усилить давление на союзника России и Китая у своих границ и добиться политических уступок или смены курса кубинских властей. В ближайшей перспективе риск прямой военной операции остаётся ниже риска дальнейших санкций и демонстративных силовых шагов, однако сама риторика повышает вероятность опасного кризиса в регионе.